Венеция

Ночь 29 января 1996 года 86-летний мастер Архимеде Сегусо провел у раскрытого окна в своем доме напротив Ла Фениче - от языков пламени его отделяло всего несколько метров и тот самый злосчастный канал без воды. Жена, дети, пожарники уговаривали его уйти - боялись, что огонь может перескочить через этот ненадежный барьер. Он не двинулся с места, только кивком дал разрешение проложить шланги с водой через гостиную, которая была полна его хрупких творений. Когда пламя удалось взять под контроль, он ответил на телефонный звонок: "Мы в порядке, но мы потеряли наш театр". В шесть утра он, как всегда, отправился пешком через весь город на Фондамента Нуове, чтобы сесть на вапоретто, идущий на Мурано. Там в своей мастерской он начал работу над первой из ваз, которые составили его знаменитую серию "Ла Фениче"

В прошлой главе "Трое в лодке" мы покидали славный город Кьоджа, нагруженные уловом с местного рынка. И как вы помните, я обещал разобраться с этим уловом самостоятельно. Но против законов природы не попрешь.

За несколько минут до ухода из Кьоджа

"На острова" в Питере нашего детства значило - на Каменный или Крестовский. Туда ходил маленький речной трамвайчик от Летнего сада - почти такой же, как вапоретто 4ого и 5ого маршрута на Мурано. А в Петродворец ходил кораблик побольше, он назывался солидно - теплоход. Когда мы в первый раз поплыли по лагуне, я была готова дать голову на отсечение, что уже видела эту воду непередаваемого оттенка каким-то солнечным летним днем в своем детстве, и был этот же запах, и этот же плеск мелкой волны о борт, и этот мягкий толчок о причал. В 60-е речной трамвайчик исчез, а в Петергоф стала ходить "Ракета" на подводных крыльях, на ней все сидели в наглухо задраенном салоне, так что получалось дорого, быстро и невкусно. В Венеции "на острова" - значит на Мурано, Бурано и Торчелло. Наши более молодые питерские спутницы успели пробежать все три (и заскочить на Сан-Микеле) за один день - но сами признались, что получилось галопом по Европам. Реально за день получается два - но лучше, если одним из них будет или Торчелло, или Бурано. В любом случае, наш утренний маршрут проляжет через рабочие кварталы на Fondamente Nuove, откуда каждые полчаса отправляются вапоретто на Бурано/Торчелло, и каждые 10-15 минут - на Мурано через Cimitero (Кладбище), т.е. Сан-Микеле.

В Венеции на удивление много мест, куда можно сбежать от туристских толп. Одно из них – Дорзодуро, треугольник между Большим каналом и Джудеккой, любимый Бродским – возможно, потому что напоминал ему Васильевский остров, на который он когда-то собирался прийти умирать.

Вид на Дорзодуро с колокольни Сан-Джорджо Маджоре