Вряд ли в истории найдется конфликт столь продолжительный, запутанный и драматичный, как между христианством и иудаизмом. Непримиримо и неистово христиане вели спор с религией, из лона которой вышли, даже когда загнанные в гетто евреи полностью замкнулись в себе, отрешенно и безучастно снося укоры и поношения. Что же столь немилосердно ожесточало "Новый Израиль" (ибо именно так называла себя христианская церковь) против народа, который уже, по учению христиан, был наказан за свою строптивость судьбой изгнанника и изгоя? Что побуждало христиан продолжать свой обличительный, обреченный оставаться без ответа, монолог? Что заставляло их пестовать враждебность к евреям и странные, болезненные суеверия, порожденные той же враждой? Никто не может дать однозначный ответ на эти вопросы, но присутствие евреев в Европе на протяжении веков оставалось немым укором и одновременно вызовом христианскому миру. И, возможно, дальше всех продвинулся в своих догадках американский историк, специалист по средневековью Гэвин И.Лангмьюир, когда предположил: не евреям хотели христиане доказать правоту своей религии – они хотели ее доказать самим себе. Далее>>
