Апрельское (2006) послание Дэна Симмонса

"Часы в моей студии заиграли полночь. Господи Иисусе, я хочу услышать такие слова о 2006-м и остатке 21-го века от Путешественника во времени?
— Ахмадинеджад, — мягко перечислял он, — Нетенз, Арак, Бушехр, Исхафан, Бонаб, Рамсар.
— Эти слова для меня ни черта не значат. — пробурчал я, записывая их фонетически. — Где они? Кто они?
— Ты всё скоро узнаешь. — сказал Путешественник во времени.
— Вы говорите о… чём?.. Следующие пятнадцать или двадцать лет? — спросил я.
— Я говорю о следующих 15-20 месяцах. — ответил он всё так же мягко. — Хотите ещё слова?
Я не хотел. Я просто не мог вымолвить ни слова."

Это отрывок из эссе Дэна Симмонса, начало под катом.

"— Генерал Сейед Реза Пардис. — интонировал Путешественник во времени. — Шехаб-1, Шехаб-2, Шехаб-3. Тель-Авив. Международный аэропорт Багдада, авиабаза ВВС США в Кувейте Ал Салем, военная база США в Кувейте Кэмп Давах, авиабаза ВВС США аль-Сиб в Омане, военная и воздушная база США аль-Удеид в Катаре, Хайфа, Беер-Шева, Димона.
— Бл@дь, — вырвалось у меня, — о боже."
Я понятия не имел, кто или что могут быть эти Шехаб-1, 2 и 3, но от контекста и молитвенности произношения меня затошнило.
— Это только начало. — сказал Путешественник во времени.
— Разве начало не было 11 сентября 2001 года? — выдавил я сквозь онемевшие губы.
Одноглазый человек со шрамами покачал головой.
— Историки моего времени знают, что это началось 5 июня 1968 года. — сказал он. — Но на самом деле ничего ещё и не началось. Ни для кого из вас."

Путешественник во времени внезапно появился в моей студии на проводы старого года 2004. Это был бесстрастный, седеющий мужчина в сером жакете, и выглядел он так, словно заканчивает свой седьмой десяток, а то и старше. Кроме того, похоже, он был ветераном войн или каких-нибудь ужасных событий, поскольку иссиня-багровые шрамы покрывали его лицо, шею и руки, и даже просматривались на скальпе, под пухом седых волос, подстриженных коротко, по-военному. Один глаз закрывала чёрная повязка. Прежде чем я успел набрать 911, он сообщил сиплым голосом, что он Путешественник во времени и прибыл, чтобы поговорить со мной о будущем.

Будучи до некоторой степени писателем-фантастом, но отнюдь, не дурачком, я сказал:
— Докажите.
— Припоминаете Перепроживание? — спросил он.
Мой палец застыл над последней "1" в наборе.
— Роман 1987 года? — переспросил я. — Кена Гримвуда?
Незнакомец — Путешественник во времени, психотик, вторгшийся в мой дом, кем бы он ни был, — кивнул.

Ну, а это уже не фантастика, а вполне реальная наша современность:
Эссе уже породило массу откликов на форумах со спорами о том, разжигает Дэн Симмонс страсти или апеллирует к разуму. В результате история получила продолжение в следующем сообщении Дэна.:
Брюс Боуэр (автор книги "Пока Европа спала: Как радикальный ислам разрушает Запад изнутри") вряд ли может быть кандидатом на ярлыки "расист", "фанатик" или "фашист", которые столь многие с наслаждением лепят любому, кто предупреждает об угрозе воинствующего ислама.

Боуэр гей и автор таких книг как "Иисуса крадут: Как фундаментализм предаёт христинство" и "Место на столе: Индивидуум гея в американском обществе", он был прекрасно известен в Соединённых Штатах ещё до выхода книги "Пока Европа спала" за свою открытую оппозицию взглядам Джеймса Добсона и его евангелистской политической организации "Семья в фокусе".

В прошлом долгожитель Нью-Йорка (и будучи рад быть им), в 1988м Боуэр и его партнёр упаковали вещи и переехали в Амстердам. Практически всё в избранной ими стране привлекало двоих — человеческий охват горизонтов, практически отсутствие машин, фламандский язык, любовь к книгам и культуре, европейская традиция толерантности, столь отчётливая в таких больших городах как Амстердам, и даже фламандское пристрастие к тому, что тут называют гезеллигхайд (простые радости дня) — но даже в толерантном фламандском обществе Боуэр и его партнёр обнаружили традицию верцуилинг, "столбления", деления общества на религиозные и этнические группы, с собственными школами, союзами, политическими партиями, газетами и даже телеканалами.

Боуэр также стал подмечать растущую напряжённость в Амстердаме и других европейских городах, возникающую между многими группами, комфортно уживавшимися под одним зонтиком толерантности, и сообществом мусульманских иммигрантов, которые, похоже, извлекали выгоду из толерантности окружающего их общества, проявляя в ответ весьма мало таковой или не демонстрируя её вовсе.

В 1999м Боуэр и его партнёр, урождённый норвежец, переехали в Осло, где вскоре вступили в легальный брак. Благодаря норвежским "уницифирующим семью" законам Боуэр получил вид на жительство и даже пять бесплатных месяцев уроков языка (он способен к языкам и чувствует себя обязанным разговаривать на языке любой посещаемой им страны, тем более той, в которой живёт).

Отрывок из его книги: «...На всём континенте — в Амстердаме, Осло, Копенгагене, Париже, Берлине, Мадриде и Стокгольме — он натолкнулся на большие, быстро растущие мусульманские анклавы, в которых женщины были угнетаемы и оскорбляемы, гомосексуалисты преследуемы и убиваемы, "неверные" подвергнуты угрозам и поношениям, евреи представлены козлами отпущения и атакуемы, варварские традиции (такие как убийство чести и насильственный брак) широко практикуемы, а свобода слова и вероисповедания решительно отвергнуты..."

Как пишет Брюс Боуэр: «Во многих местах Европы агитация за перенос суверенитета уже началась. Во Франции официальные лица встретились с имамом на границе мусульманского округа Рубе, чтобы уважить его декларацию района как территории Ислама, на которую прочие не имеют доступа. В Британии имамы надавили на правительство, чтобы официально выделить отдельные районы Бредфорда под юрисдикцию мусульманских, а не британских законов. В Дании мусульманские лидеры пытались достичь контроля над частями Копенгагена. А в Бельгии мусульмане, живущие в Брюсселе, в районе Синт-Дженс-Моленбик, уже рассматривают его не как часть Бельгии, но как территорию под юрисдикцией Ислама, куда бельгийцев не звали».