Имена. Борис Гапонов - витязь иврита

Гапонов Борис (Дов; 1934, Евпатория, - 1972, Рамат-Ган), переводчик на иврит с грузинского и русского языков, лексикограф иврита. С 1941 г. жил в Кутаиси (Грузия), куда семья эвакуировалась в начале 2-й мировой войны. В юности под руководством своего деда, раввина Шмуэля Мазе (брата Я. Мазе), усвоил основы иврита, который затем изучал самостоятельно. КЕЭ, том 2.

Борис Гапонов был внучатым племянником московского раввина, публициста Яакова Мазе. Того самого Мазе, который обратился к советскому наркому просвещения А. Луначарскому с протестом по поводу объявления иврита "реакционным" языком. И которому принадлежит знаменитая фраза: "Революцию делают Троцкие, а расплачиваются Бронштейны". Дед Бориса Шмуэль Мазе был тоже раввином и учил своего внука ивриту. Учил по священным книгам, по комментариям к ним.

После войны семья жила в грузинском городе Кутаиси. Работал за гроши в заводской многотиражке и писал о передовиках производства. Боже, какая это неблагодарная работа! Но главным у Бориса Гапонова были переводы с грузинского и русского языка на иврит , в том числе стихов Михаила Лермонтова, Марины Цветаевой, Ивана Бунина.

Недолго изучал персидский язык в Институте восточных языков при Московском университете, но из-за тяжелого материального положения вынужден был оставить учебу. Жил с матерью в подвальном помещении. И переводил. Делом его жизни стал перевод на иврит грузинского эпоса. Вы можете себе представить этот титанический труд!?

В 1969 г. в Израиле был опубликован перевод поэмы Шота Руставели "Витязь в тигровой шкуре" - עוטה עור הנמר. שוֹתַא רוּסתָוולי בגאורגית შოთა რუსთაველი בגאורגית ვეფხისტყაოსანი ( ווֶפּ‏חביס טעַ'וֹסַני)

ამბავი როსტევან არაბთა მეფისა
32
იყო არაბეთს როსტევან, მეფე ღმრთისაგან სვიანი,
მაღალი, უხვი, მდაბალი, ლაშქარ-მრავალი, ყმიანი,
მოსამართლე და მოწყალე, მორჭმული, განგებიანი,
თვით მეომარი უებრო, კვლა მოუბარი წყლიანი.

Так это выглядит (звучит) на грузинском языке.

Ико Арабетс Ростеван, мепе гмртисаган схвиани,
Магали, ухви,мдабали, лашкар-мравали,кмиани,
Мосамартле да моцкале. морчмули, гангебиани,
Твит меомари уэбо, квла моубари цклиани.

בערב המליך אלוה רוסטון נשיא השבט,
מיוחס, נדיב, צנוע, רב-צבא, שפחה ועבד,
איש-רחום, ובעל צדק, שאנן, חכם מחשבת,
איש-קרב מאין כמוהו, טל לאוזן הקשבת.
בית 32 פרק א (иврит)

Жил в Аравии когда-то
Царь от бога, царь счастливый -
Ростеван, бесстрашный воин
И владыка справедливый.
Снисходительный и щедрый,
Окруженный громкой славой,
Он до старости глубокой
Управлял своей державой.

(Перевод на русский Н. Заболоцкого)

Иллюстрации Серго Кобуладзе, блестящего художника, с которым имела счастье быть лично знакома.

Выполненный с истинным поэтическим блеском и с большой степенью соответствия духу и форме подлинника, он сразу же вошел в классику поэтического перевода на иврит. В 1970 г. Гапонов (דב גפונוב) был удостоен за него премии имени Ш. Черниховского.

Есть в поэзии теченье слов премудрых и святых,
Счастлив, кто благоговейно высоту её постиг.
Весь простор могучих мыслей заключает краткий стих.
Тем прекрасна речь поэта, тем отлична от иных.

В 1971 г. Гапонов прибыл в Израиль. В том же году был издан его перевод на иврит романа Лермонтова «Герой нашего времени», также получивший высокую оценку. В 1972 г. Гапонову присудили премию имени З. Шазара для писателей-репатриантов. Умер после тяжелой и продолжительной болезни.

Большую роль в литературной судьбе Гапонова сыграл поэт А. Шлёнский, с которым Гапонов переписывался в течение многих лет. В неизданном наследии Гапонова значительный интерес представляют большой фразеологический словарь иврита, над которым он работал 15 лет, переводы стихов Лермонтова (посмертно опубликована лишь часть), статьи, связанные с работой над переводом поэмы Руставели, стихи на русском языке (в основном на еврейские темы).

Его называли гениальным поэтом-переводчиком, считали феноменом. Но...В Союз писателей так и не приняли.

Борис Гапонов знал много языков, но воспоминания об уроках деда и особый дар связывали его с землей Израиля, где звучал живой язык, который он не мог слышать в своем окружении.Он приехал в Израиль тяжело больным в 1971 году. Прожил еще один год. Ирония судьбы - он лишился дара речи. Когда, наконец-то он получил возможность общаться на иврите, он не мог этого делать.

В Институте востоковедения в Ленинграде он успел прочесть доклад "Библейские образы в поэзии Руставели". И ему аплодировали как триумфатору.

Ему не было еще и сорока лет, когда он умер. В Рамат-Гане есть улица, носящая имя Гапонова.

Этих витязей отважных с горным я сравню потоком:
После яростного ливня мчит в ущелье он глубоком,
И ревёт он, и грохочет, и, уже незримый оком,
Успокоенный, смолкает только на море широком.